Les Branches

Глава I из L'Arbre de Vie · The Crown

Цитрус · Эфирный · Мускус

Каждое дерево начинается с невидимого: с намерения. Hayal, что по-турецки означает «мечта», стал первым ароматом этого дома и располагается на самой вершине дерева, там, где ветви истончаются, устремляясь в открытое небо. Яркая вспышка лимона и красного апельсина взмывает к чёрному чаю, нероли и жасмину, а затем опускается на мягкую смолистую дымку ладана, лабданума и ладанника, бережно окутанную гваяковым деревом и мускусом. Он наполняет комнату так, как мечта наполняет сон: невесомо, сияюще, невозможно не заметить. Люди будут спрашивать, что на вас надето. Коридор, по которому вы прошли, уже рассказал им об этом. Это венец — та часть дерева, что тянется ввысь.

Глава II из L'Arbre de Vie · Les Branches

Цитрусы · Океан · Морская коряга

Дождь где-то на итальянском побережье. Он падает на зелёную листву, на тёплый камень, на само море, и на один застывший миг воздух становится новым. Paradis de Bleu — это тот самый миг, сохранённый навсегда. Калабрийский бергамот и чистый солёный морской воздух врываются в прохладное, прозрачное сердце из ландыша, жасмина и влажного дубового мха, а морская коряга и ветивер придают аромату тихую тяжесть камня после дождя. Это листья древа, где каждый оттенок зелени промыт до ещё более яркой зелени. Дерево не может жить без воды. Летом — и вы тоже. Лёгкий. Воздушный. Тихо пьянящий. Рай, в синем.

Глава III из L'Arbre de Vie · Цветок

Бергамот · Чёрный чай · Амбровое дерево

Цветок апельсина хранит тайну. С наступлением темноты он преображается, выпуская в ночь более глубокий, более сладкий, более пьянящий аромат — тот, что разливается по целому кварталу и заставляет людей замереть на полуслове. Néroli de Nuit ловит цветок именно в этот час и опускает его на спокойную основу из чёрного чая. Сияние, обретшее покой. Свет, обретший опору. Две противоположности, соединённые ради того, чего нет нигде больше, — именно так рождается всё редкое, и вы в том числе. Это цветок дерева, сбережённый до наступления ночи. Доказательство того, что некоторые вещи сияют ярче всего, когда гаснет свет.

Глава IV из L'Arbre de Vie · Вьющаяся роза

Белая роза · Ваниль · amberwood

Одни ароматы просто носят. По этому — тоскуют. Rosée Blanche — это белая турецкая роза у самой вершины дерева, цветок, что начался гораздо ниже — алый и тяжёлый во тьме — и поднимался сквозь тепло и дерево, пока не раскрылся здесь: бледный, светящийся, не тронутый землёй, из которой он вышел. Турецкая роза, окутанная кремом из мадагаскарской ванили и amberwood, всё ещё прохладная, словно утренняя роса, настолько нежная, что хочется прильнуть, и вдохнуть её лишь раз невозможно. Ещё один вдох. Всегда ещё один вдох. Это та часть дерева, где растёт любовь. И, как любовь, он зовёт вернуться снова и снова.